Хорхе Луис Борхес.

Четыре цикла

Историй всего четыре. читать дальшеОдна, самая старая -- об укрепленном городе, который штурмуют и обороняют герои. Защитники знают, что город обречен мечу и огню, а сопротивление бесполезно; самый прославленный из завоевателей, Ахилл, знает, что обречен погибнуть, не дожив до победы. Века принесли в сюжет элементы волшебства. Так, стали считать, что Елена, ради которой погибали армии, была прекрасным облаком, виденьем; призраком был и громадный пустотелый конь, укрывший ахейцев. Гомеру доведется пересказать эту легенду не первым; от поэта четырнадцатого века останется строка, пришедшая мне на память: "The borgh brittened and brent to brondes and askes" *1; Данте Габриэль Россетти, вероятно, представит, что судьба Трои решилась уже в тот миг, когда Парис воспылал страстью к Елене; Йитс предпочтет мгновение, когда Леда сплетается с Богом, принявшим образ лебедя.
Вторая, связанная с первой, -- о возвращении. Об Улиссе, после десяти лет скитаний по грозным морям и остановок на зачарованных островах приплывшем к родной Итаке, и о северных богах, вслед за уничтожением земли видящих, как она, зеленея и лучась, вновь восстает из моря, и находящих в траве шахматные фигуры, которыми сражались накануне.
Третья история -- о поиске. Можно считать ее вариантом предыдущей. Это Ясон, плывущий за золотым руном, и тридцать персидских птиц, пересекающих горы и моря, чтобы увидеть лик своего бога -- Симурга, который есть каждая из них и все они разом. В прошлом любое начинание завершалось удачей. Один герой похищал в итоге золотые яблоки, другому в итоге удавалось захватить Грааль. Теперь поиски обречены на провал. Капитан Ахав попадает в кита, но кит его все-таки уничтожает; героев Джеймса и Кафки может ждать только поражение. Мы так бедны отвагой и верой, что видим в счастливом конце лишь грубо сфабрикованное потворство массовым вкусам. Мы не способны верить в рай и еще меньше -- в ад.
Последняя история -- о самоубийстве бога. Атис во Фригии калечит и убивает себя; Один жертвует собой Одину, самому себе, девять дней вися на дереве, пригвожденный копьем; Христа распинают римские легионеры.
Историй всего четыре. И сколько бы времени нам ни осталось, мы будем пересказывать их - в том или ином виде.

Приговор этот, впрочем, обжалованию подлежит и прямо сейчас. Все четыре истории? Да, всего четыре. Но это совсем другие истории. Я немного уподоблюсь МФ, но не пойду по его стопам.
Первая история о побеге.
О зеленой двери в белой стене, грезившейся бедняге Уолессу из книги Герберта Уэллса, о потайной двери в коморке Папы Карло, ведущей в неведомый, но знамо лучший мир, о «сложной карте» миссис Тодд, которая гоняет на своей машине по страницам книги Стивена Кинга, Крысолов уведший детей из города. Это же и многочисленные книги фэнтези, о побеге нашего земляка в неведомый, полный опасностей, но прекрасный мир. Первая история – это история о побеге ОТСЮДА, куда-то туда-не-ведамо-куда. Иногда этот побег может быть недобровольным, но он есть.
И это здорово.
Вторая история, это история о возвращении.
Одиссей возвращается на Итаку, после многолетних странствий, Эшли из «Дня Восьмого» Уайльдера стремится домой к семье, Тесей ведет обратно в мир живых Эвредику. Что и говорить что половина историй о возвращении, возвращением не заканчиваются, герои стремятся вернуться, но вернуться не могут. Но есть и те, кто возвращается. Со щитом или на щите. Но возвращаются.
Третья история, это история о поиске.
Ясон, отправившийся за Золотым Руном, король Артур, разыскивающий загадочный Авалон и волшебную чашу Грааль, поиски артефактов, зарытых кладов и затерянных замков, все это истории о поиске ТОГО, ЧЕГО НЕТ ЗДЕСЬ, но ТОГО, ЧТО ЕСТЬ ГДЕ-ТО. Этой историей изобилуют приключенческие романы, фантастические книги и повести, рассказанные на привале у костра.
И третья история, это история об игре.
Об игре в «правду-неправду», которой забавляются герои книги «Прага» Артура Филлипса, о многочисленных карточных партиях и прятках, о заигравшихся игроках Достоевского. Это просто история об игре.
А то, что под игрой, можно подразумевать даже наше с вами жизнь… разве это важно?
«Борхес был прав: историй всего четыре. У каждого – свои «четыре истории». И что бы мы не читали, мы всегда найдем способ читать очередную версию той истории, которую готовы понять и принять». (МФ)
Попробуйте найти свои четыре истории. О чем они? А?